Возвращая тебя[СИ] - Ольга Подпалова

Те, кто не принимал участия в священнодействии, отошли подальше, усевшись на циновках вокруг площадки в центре деревни. У большого костра остались только охотники и мудрые. В племени, где выросла Айшэ, перед началом ритуальной охоты камлали только шаманы, здесь же, похоже, к духам-покровителям обращались все участники обряда. В огонь полетело несколько пучков трав, над площадью потянулся немного терпкий дымок. Айшэ принюхалась и усмехнулась: это было что-то вроде легкого наркотика, повышавшего скорость реакции. Полезная штука, если использовать ее редко, помогает уровнять шансы между охотником и куда лучше ориентирующимся в темноте хищником.

Глухо и медленно застучали барабаны. Это напоминало сердечный ритм, который постепенно все убыстрялся, точно так же, как начинал отдаваться в ушах ее собственный пульс. Сначала она просто повторяла то, что делали девушки: танец оказался незамысловатым, но красивым. Айшэ быстро уловила последовательность, и повторять ее, в такт размерено бьющим музыкальным инструментам было не сложно. Вскоре она просто прикрыла глаза, начиная двигаться по наитию, легко и грациозно. Это был своеобразный транс, некое мистическое соединение с самим этим местом и его силой. Обычный мир постепенно отступал, вытесняемый на задний план узором танца, простого и вечного, как сам лес. А потом шаманки запели. Женские голоса, тянущие бесконечно длинные ноты разной тональности, казались чем-то запредельным, нереальным. Это была песня жизни, дикой и прекрасной, она будила дремучие животные инстинкты и заставляла рваться куда-то вдаль, бежать вместе со стаей.

Когда песня резко оборвалась, выводя охотников из транса, распахнула глаза и Айшэ. Инстинкт требовал одного — охоты. Это было почти потребностью: гнать дичь, сражаться с хищником за добычу. Девушка краем сознания отметила, что находясь в трансе, выпустила на волю своеобразную вампирскую "ауру", расцветившую мир перед ее глазами в красные тона. Теперь она видела, как струится кровь под кожей каждого аргара, слышала, как учащенно бьются их сердца. А еще эта аура, как запах свежепролитой крови, приманивала хищников.

Толпа расступилась, пропуская разрисованных ритуальными узорами мужчин и женщин к лесу. Айшэ легко сорвалась с места, устремившись в чащу. Ночной воздух был свежий и чистый, напоенный ароматами горевших в кострах трав и характерного духа леса, в котором смешался запах мокрого мха, сминаемого босыми ступнями, смолы, разогретой за день солнечными лучами, и мускуса.

Вампирша чувствовала, как с ее пути старается побыстрее убраться разная живность, в том числе и мелкие хищники. Но они ее не интересовали — предстояло найти лишь одного, определенного зверя. Девушка, сейчас ведомая скорее инстинктами охотницы, нежели разумом, предвкушала предстоящую схватку, но не торопилась, прекрасно зная, какими опасными могут быть эти животные.

Лесные коты, свирепые и хитрые хищники, были настоящими царями природы, и мало какой зверь мог сравниться с ними в силе и проворстве. А еще они обожали нападать сверху, а потому, углубившись в чащу, девушка ловко взобралась на дерево и продолжила путь по ветвям. Здесь это сделать было тяжелее, чем в дикой сельве, где она выросла. Там меж стволами лесных исполинов переплетались толстые лианы и воздушные корни, значительно упрощавшие путь поверху.

Она наконец увидела своего противника. Большой зверь, темно-шоколадного оттенка затаился на нижних ветках одного из деревьев, явно поджидая кого-нибудь из охотников над едва заметной тропой в лесной чаще. Это существо обладало разумом, хотя и уступающим человеческому, но куда более изворотливым, чем звериный… Настоящий лесной владыка.

Айшэ бесшумно подобралась, прицеливаясь, а затем прыгнула. У нее не было ни копья, ни какого-либо иного длинномерного оружия, только охотничий нож, принесенный из родного мира. Да и убить из засады, одним подлым ударом, она считала ниже своего достоинства. Она вцепилась в лоснящуюся шоколадную шкуру, зверь взвыл от неожиданности, и они кубарем полетели вниз.

Девушка в последний миг отпрыгнула, приземляясь на ноги, но и лесной кот не оплошал. Упав на все четыре лапы, он зло оскалился и подобрался, готовясь к броску.

Бой был быстрым и яростным. Лесной хищник еще не встречался с такими, как она и не рассчитал скорость и быстроту реакции двуногой противницы. Плечо девушки "украсили" длинные следы от удара звериной лапы, но и сама вампирша достала огромного кота ножом. Тот зашипел и припал к земле, выжидая удобного момента для атаки. Айшэ тоже пригнулась, готовясь в случае надобности отпрыгнуть.

Кио попробовал дотянуться до нее лапой, правда, уже не с наскока, но она легко уклонилась. Длинные царапины уже затянулись, оставив на плече лишь слегка саднящие покрасневшие полосы. Нож в тонких пальцах ловко рассек подушечку мелькнувшей кошачьей лапы, и кио зло взвыл. Разъяренный зверь бросился на обидчицу, и Айшэ подгадала момент, в последнюю секунду прыгнув вверх и оказавшись за спиной кота. Вскочить ему на загривок труда не составило, но хитрый зверь тут же упал на спину, всем весом придавливая противницу. У человека треснули бы ребра, но вампирша только зло оскалилась и вогнала нож в опрометчиво подставленное горло лесного кота. Сбросив с себя бьющееся в судорогах тело, она некоторое время смотрела, как гаснет жизнь в желтовато-зеленых глазах.

Девушка позволила себе пару мгновений отдохнуть, а затем взвалила на плечи огромную тушу, пошатнувшись под ее весом, и двинулась обратно. Путь, проделанный ею минут за пятнадцать-двадцать, теперь занял больше часа. Айшэ ни разу не остановилась. Во-первых, еще действовал наркотик, позволявший почти не ощущать усталости, во-вторых, выиграв нешуточную схватку, девушка намеревалась это достойно отпраздновать, а значит, стоило вернуться в деревню как можно быстрее.

Когда она наконец выбралась из зарослей, на нее сначала оторопело уставились, а потом едва не оглушили приветственными криками. Она вернулась одной из первых, и с великолепным трофеем. Мясо лесных котов обычно не шло в пищу, поскольку было жестким и невкусным, но местные как-то наловчились его готовить, так что добыча девушки могла надолго обеспечить всю деревню. А вот шкура по праву принадлежала ей, и Айшэ уже совершенно по-женски прикинула, что из нее получиться отличный плащик.

Празднование завертело ее, подобно хороводу. Охотницу чествовали каким-то странным хмельным напитком, вокруг все смеялись и пели. Потом был еще небольшой ритуал, где давешняя шаманка вымазала девушке лицо кровью поверженного зверя и надела ей на шею амулет из когтей. Затем новую дочь племени снова чем-то поили. Дальнейшее тонуло в ярких сполохах огня и безудержном веселье, пьяном от крови и свободы.